Охотник

«Вот говорила мне мама, ама-ама»…
Шлепок по простыне, недовольное рычание и еще один взмах рукой.
Я взращен восьмидесятыми, воспитан девяностыми, выпущен в мир двадцать первого века… От старых привычек не так просто избавиться, знаете ли. Мама будила меня в школу коротким, воспитанным поцелуем, потом ее место занял электронный будильник японского происхождения, отлупасенный мною, как с лихвой оплаченная шлюха. Японцы умеют делать качественные вещи. Далее

Абаддон

Меня зовут Абаддон. Я был приговорен Единым Шестеричным Судом к утилизации ровно три миллиарда шестьсот миллионов лет тому назад по Земному Исчислению. Но это не то, что вам надо знать обо мне.
Начнем сначала.
Меня зовут Абаддон. Я – вирус в системе Универсум-Фратерес, созданной Земными Исчислителями и заменившей собой Мироздание. За время своего существования, я убил больше миров, чем можно сосчитать. Меня искали, на меня охотились форсы, вооруженные дробителями ядер. Но я уходил через кротовые норы, черные дыры. Я исчезал в ушке иглы так, чтобы обо мне всегда помнили, но никогда не видели.
Даже Урд была бессильная перед моей яростью. Поняв это, я поглотил ее дочь – Феху. За это, меня прозвали Красным Жнецом. Получив имя, я создал собственный мир из тысячи миров, и Феху стала моей рабыней внутри моего тело. Так, я получил силу крови Урд, и никто уже не мог со мной тягаться. Наплевав на Закон, я создал своих богов, возвел небеса и поддержал их могучими горами. Я – Красный Жнец – создал Бытие там, где раньше царствовало Ничто – где Первоматерия находилась в состоянии первичного сна.
Меня обвняют в распространении смерти, но никто не знает, что на самом деле, я одержим жизнью. Планета за планетой, галактика за галактикой – Я РОЖДАЮ.
И вижу я, что это хорошо. Далее

Экза

— Что значит «высокий коэффициент вероятности»? – спросил я, услышав позади себя шаги, и, не дождавшись ответа, продолжил:
– Думал увидеть тут настоящие чудеса, но пока отметил лишь тот факт, что светило у вас всходит на западе, а садится на востоке.
— «Высокий коэффициент вероятности» просто указывает, что на планете могут происходить события, необъяснимые с точки зрения человеческой науки. Вот и все.
Я обернулся на голос, поклонился импозантному мужчине во вполне современном костюме багрового цвета. Видимо, даже здесь, на краю Империи, власть имущие следили  за модой.
— Сир.
— Простите, не знаю вашего имени.
— Мое имя не имеет значения, — улыбнулся я, вновь отворачиваясь к панорамному окну, потому что мог себе это позволить, даже наедине с королем. – Зовите меня Дубль. Далее

Абориген

Деревянные части сидения давно сгнили, осыпались, и опустевший ржавый прямоугольник еле-еле покачивается над землей.  Раздосадованный тщетными попытками расшевелить омертвевшие качели, Он  ударом о землю поднимает облако мелкой пыли. Раньше она была желтым речным песком, которым люди отсыпали детскую площадку. Люди…  Он помнит, какими были эти места еще до их появления: лес, переполненный звуками и запахами лета или тишиной зимы…  Далее

Зов Зоны

1.
Просыпаюсь от ощущения опасности. Рука тут же тянется за верной «гэхой», но вместо нее натыкается на вибрирующую аномалию. Твою мать, ВОРОНКА У МЕНЯ В ДОМЕ!!! Мгновенно вскакиваю с койки с ловкостью чернобыльского пса и откатываюсь подальше, чтоб не затянуло. И тут окончательно просыпаюсь. «Екарный кровосос, ты давно не в Зоне», — кляну я себя. То, что я принял за аномалию — всего лишь… будильник. Восемь утра. Голова соображает, но тело все еще там, за Периметром. Оно отказывается верить в безопасность окружающего мира, вырисовывая угрозу в каждой тени. Я ведь бывший сталкер. Далее

Эос

Он увидел ее, когда зашел на закрытый двусторонний канал связи класса «Эос». Блажь, безусловно – ведь столько лет прошло. Более того – обычно, опустевшие линии самоуничтожаются через три-четыре года, освобождая место для новых, активно используемых каналов. Сеть постоянно перекраивала себя по заложенной в нее программе, но Сай, повинуясь какому-то глупому порыву, законсервировал свою линию. Далее

Звон дождя

Фиолетовые тучи покрывали небо над бескрайним морем. Огромные, кустистые, до самого горизонта. В любой момент они могли извергнуть свой смертоносный дождь. Я пнула одну из стеклянных игл, валявшихся под ногами. Скоро её сестры с огромной скоростью вонзятся в землю этого многострадального мира. Далее

Му-Му

«…А в свободные от работы минуты он играл с собачонкой в саду. Псинка же, обладая непослушным характером, нередко сбегала от префекта. Однажды, она вернулась вся перемазавшись кровью. В тот день был казнен некий назарянин..»
«История водопровода Иерусалима» , 25.г.д.н.э., Ирадион.

Ни Тацит, ни Иосиф Флавий, ни Филон Александрийский не упоминали ее, любимицу Понтия Пилата. И только один малоизвестный историк увековечил животное, написав строки, которым никто и никогда не придавал значения. Никто, до этого дня.
Безлунная ночь опустилась на барское поместье. Капитон, заливаясь, сидел на крыльце дома прислуги и что-то хмельно напевал. Бледная Татьяна призраком стояла рядом, не решаясь потревожить мужа. Герасим затаскивал на берег лодку. Собаки нигде не было.
Местный разгильдяй Ефим клялся – псинка получасом раньше резвилась во дворе и громко тявкала. Смахнув с губ горькую Ефимову кровь, я подошел к Герасиму. Далее

О чертях

А потом он наступил на то сердце и потоптался по нему, как по отброшенному окурку. Его сапог тихо скрипнул, когда высыпался пепел-кровь, и вся мостовая покрылась соленым запахом слез. Небо застыло в предзакатных сумерках, но сил бороться со тьмой уже не было ни у неба, ни у него, ни у нее. Все катилось к чертям, и никто точно не знал, что черти будут со всем этим делать. Да и на кой им, чертям, сдалось наше «все»? Такое гнилое и склизкое, черное, горелое? Они ведь не падальщики, не мусорщики и даже не антиквары. Они просто черти, и им тоже надо чем-то жить. Далее

Удачная охота

В деревню не пошли – Гирюк видел там красные плащи, много. А жрать охота, сил нет. Хоть бери и снова кого-то из своих режь. Но шайка подобралась такая, что без боя никто не дастся. Не будешь же шуметь у людишек под носом? А еще эти морозы! Хорошо, хоть снег валит – следы заметает сразу.
Метнулись по окраине, пару собак прихватили. Не человечина, конечно, но хоть кишки не ссохнутся. Только брат вождя — Железного Кулака, не возвращался. Ну и эльф с ним! Нам же больше достанется! Далее