Честный бизнес (по мотивам World of Tanks)

Нельзя сказать, что прекрасное ничегонеделанье меня чрезвычайно забавляло. Такой парадокс – усиленно работая, мы мечтаем об отдыхе, а долго оставаясь без дела, ищем кратчайший путь, чтобы вновь окунуться в суровую повседневность трудовых будней. Тем более при таком редкой профессии, как у меня. Я – оператор фейка, самой неоднозначной профессии нашего сверхпрогрессивного двадцать четвёртого века. Став оператором, можно получить массу новых ощущений, равно как и угробить со временем свою нервную систему, ведь фейк это не просто управляемая копия живого человека, как считает подавляющее большинство жителей нашей Галактики, и даже не альтер эго, спроецированное виртуально в виртуальную же реальность. Это ты сам, твои чувства и впечатления. Это твой организм, состоящий из биоритмов, аналогичных человеческому телу и ты так же чувствуешь боль, холод, запах и остальные производные базовых пяти чувств. Давняя мечта человечества о бессмертии начала воплощаться с появлением клонирования. На одних планетах фейки, а также их эксплуатация официально запрещены, на других нет. Их используют в самых разнообразных отраслях человеческой деятельности, отдавая предпочтение опасным видам производства, исследовательской работе, войне и только на Парадизе им нашли применение в развлекательных целях. Разные правозащитные организации с пеной у рта вопят об аморальности и страшных зверствах, которые творятся на Парадизе, сравнивая эту планету с рабовладельческим Древним Римом, в котором жизнь служила разменной монетой, и обычное человеческое желание «хлеба и зрелищ» заставляло людей пускать друг другу кровь с помощью различных видов холодного оружия. Но главные инвесторы, на чьей стороне есть связи и большие финансовые возможности, чихать хотели на такую жалкую критику. Сравнивать настоящих людей с искусственными фейками, это ли не есть страшное оскорбление первых? Тем более, что широкие народные массы, от имени которых выступали правозащитники, были нисколько не против развлекательной программы Парадиза и тех возможностей неожиданно разбогатеть, которые предлагала эта планета.
Игра в кости насчитывает несколько тысячелетий, и даже боги не чурались этого развлечения, наглядно демонстрируя слабости своих создателей. К слову, в Римской империи процветали не только гладиаторские бои и нехитрые азартные игры в тавернах. Неотъемлемой частью тогдашних острых ощущений были скачки на ипподроме, и древние букмекеры предлагали заключить пари любому желающему, проверив тем самым благосклонность богов.
«Зачем выдумывать велосипед заново?», — усмехнулись про себя крупные промышленные магнаты Парадиза и построили здесь игорный рай, сногсшибательный аттракцион развлечений со всеми мыслимы удовольствиями, легализировав проституцию и лёгкие наркотики. Изюминкой программы служило ежегодное массовое танковое сражение «Горящая сотня», с участием фейков. Условия были довольно просты. Каждый, желающий войти в сотню безбашенных танкистов, претендующих на победу в соревновании, должен был официальным образом зарегистрировать свою команду, состоящую из экипажа и обслуживающего персонала. Команда была обязана подтвердить свою финансовую состоятельность, обеспечив самостоятельно материальную базу – внести первоначальный взнос, иметь личных фейков, равно как и обладать лицензией на право их управлением. Помещение для операторов, гараж для ремонта и апгрейда танков предоставлялись организаторами. Чтобы добавить экзотики, в сражении могли участвовать только танки двадцатого века, ограниченные временными рамками с 30-х по 50-е года выпуска и слепым жребием распределяемые между командами. Существовала ещё масса условий и правил для уравниловки шансов, в печатном формате имеющая вид увесистой пачки бумаг.
С ними я сейчас и знакомился, лениво переворачивая листочек за листочком, откровенно зевая и раздражая официального представителя крупнейшей букмекерской конторы «Братья Хилл».
— Мистер Арефьев, мне кажется, вы немного легкомысленно относитесь к важным документам.
Похоже, клерк был возмущён до глубины души. На его глазах осквернялись незыблемые святыни бюрократического дела. А мне то что? Разбуди меня ночью, и я без запинки выпалю любой пункт этого контракта – к соревнованиям я со своей командой готовился вдумчиво и интенсивно. Правда, немного странно, что он меня до сих пор не пробил по базе. Я продолжил переворачивать страницы.
— Хотя, — добавил клерк спустя время, поводив пальцами на своём наладоннике, — учитывая ваш опыт участия в подобных мероприятиях, мы можем обойтись без этих проволочек, перейдя сразу к обмену автографами.
Понятно. Порылся в моём личном деле. Дорого я бы дал, чтобы ознакомиться краем глаза со своим неофициальным досье. На столе появилась ещё одна священная реликвия – канцелярская ручка, которой я не преминул воспользоваться. Ставя последнюю, чёрт его знает какую по счёту подпись, я испытал чувство облегчения. Ненавижу бумажную волокиту.
На улице было прохладно. Накрапывал лёгкий дождь, в воздухе над головами прохожих сновали аэрокары. Рекламные неоновые вывески сегодня сияли особенно ярко, завлекая туристов. Ослепительно горели витрины магазинов, предлагающие любые виды товаров, начиная от зубных щёток и заканчивая искусственными половыми органами. Обычно спрос рождает предложение, на Парадизе же это правило, казалось, работало с точностью до наоборот и предложение полностью контролировало спрос, безоговорочно диктуя простым обывателям их основную функцию – тратить как можно больше денег. Обыватели были не против.

Высокая, симпатичная блондинка, выбранная в качестве ведущей программы жеребьёвки, смотрелась эффектно и, как самодовольно заметил потом наш механик-водитель Артур – в некоторых моментах даже эффективно. Огромный концертный зал со сводчатым потолком вместил довольного много разодетого по последнему слову моды бомонда Парадиза, облепившего все свободные сиденья. Шикарно оформленная сцена, на которой разворачивалось основное действо с архаичными шариками и вложенными в них кусочками бумаги с номерами команд приковывало к себе всё внимание. Я, конечно, мог сейчас сидеть в деловом костюме среди этих выряженных попугаев, но предпочёл остаться в ангаре и наблюдать за ходом жеребьёвки по 3Dвизору, проявив солидарность с простыми обывателями, вальяжно развалившись в кресле и маленькими глотками прихлёбывая холодное пиво. Совсем скоро такие алкогольные удовольствия станут недоступны – тонкая настройка фейка и его оператора требует от последнего категорического отказа от употребления алкоголя или наркотиков и прекрасную физическую форму. Мои взгляды на увеселительные мероприятия разделял только Вадим, наш заряжающий танка. А вот Артур и наш радист Игорь были совсем другого мнения, поэтому пренебрегли нашей скромной мужской компанией и с увлечением бросились на поиски приключений, отправившись поближе к эпицентру событий. Я немного поводил джойстиком, управляющим одной из многих тысяч персональных видеокамер, установленных в зале, высматривая этих ловеласов, но вскоре прекратил свои безрезультатные поиски.
Вадим промочил горло и сказал:
— Небось, уже за кулисами ошиваются, в ожидании автографов.
— Угу, — одобрительно пробурчал я, лениво наблюдая, как увешанные кольцами девичьи пальчики достают из корзины очередной шар, демонстрируя его целостность публике и извлекая из него номер следующего участника.
Наверное, многие «танкисты» сейчас волновались, какая же машина достанется их команде. Я же был спокоен как удав. Информация – удивительная вещь, позволяющая владеть ситуацией. Поэтому, когда лёгкая рука блондинки  достала нам прекрасную советскую машину ИС-7, я всего лишь снисходительно улыбнулся  и подмигнул Вадиму.
— Отлично, – ответил он и подмигнул в ответ.

Спустя пару дней команда первоклассных техников во главе с Артуром заканчивала небольшой апгрейд, разрешённый правилами. С этим танком, так и не внедрённым в массовое производство в сороковых годах двадцатого века, пришлось изрядно повозиться. В то время непрофессиональное вмешательство в ход  разработки проекта привело к тому, что ни одна из запланированных пятидесяти машин так и не вышла из заводских цехов. В нашем случае мы проанализировали все имеющиеся наработки по древнему танку и решили самостоятельно скомпилировать нужный нам образец, взяв за основу самую удачную модификацию, датированную сорок седьмым годом.
Отличная машина получилась. При своём немаленьком весе в семьдесят тонн она могла разогнаться до шестидесяти километров в час, обладая высокой проходимостью, практически неуязвимой броневой защитой для своего времени и разрушительной пушкой С-70 пятьдесят четвёртого калибра, выстреливающей снаряды с начальной скоростью девятьсот метров в секунду. Пушка была дополнительно оснащена системой стабилизации после каждого выстрела, что не могло не радовать, равно как и разнообразные примочки – двухступенчатый механизм поворота, гидравлические сервоприводы с выбором передач, шестиступенчатая механическая трансмиссия, гусеницы с резинометаллическим шарниром и многое другое.
Приплюснутая башня, ощетинившаяся огромной пушкой и гнутые, бронированные бока корпуса смотрелись весьма внушительно, не говоря уже о тысяче лошадок, притаившихся внутри машины. Уверен, на букмекерском рынке мы уже в списках фаворитов.

 

До кульминационной точки соревнований оставалось всего ничего. Моя команда изнывала от безделья, а я стал частым гостем одной уютной забегаловки, расположенной неподалёку от нашего ангара. Консервативные вкусы бывшего военного предпочитали простоту, комфорт и функциональность, поэтому никаких нынче модных бар-джеев и ди-джеев, смачно сдобренных неоновой подсветкой, там не могло быть по определению. Контингент в основном состоял из таких же ребят, как и я, одетых в стального цвета форму танкистов «Горящей сотни». Внешний вид участников баталии в общественных местах регламентировался правилами, прописанными в контракте. Некоторые эстетствующие зануды из числа «танкистов» были против и ходили в гражданском. А как по мне, то зачем отказываться от временных социальных льгот? Форма имела чудесное свойство распахивать любые двери даже самых элитных заведений, даровала благосклонность полицейских патрулей и зависть с примесью восторга у окружающих зевак.
Подмигнув верзиле-охраннику у входа, я просочился вовнутрь и мигом растворился в сизых облаках табачного дыма. Незатейливая кантри-музыка настраивала на миролюбивый лад. Я подмигнул симпатичной девчонке-официантке, она подмигнула мне в ответ. Мой сосед, небритый мужичок в потёртой кожанке, не стал мне подмигивать, а только восхищённо причмокнул губами:
— Хороша…, — имея в виду, конечно же, официантку.
— Ага.
Трудно было не согласиться. Здесь и всё остальное было на высоте. Звенели стеклянные бокалы, хлопали слетающие с бутылок крышечки, а мерный гомон, прерываемый иногда громкими, эмоциональными выкриками, нисколько не мешал, а наоборот создавал приятную атмосферу отдыха и непринуждённости.
— Как думаешь, сколько танков выживет после первого тура? – спросил небритый сосед, вытирая запачканные рыбой пальцы о салфетку.
— Сложно сказать. Думаю, что меньше половины.
Мужичок рассмеялся моей незатейливой шутке и надолго приник к своему бокалу с пивом, наверняка поставив перед собой цель выпить его до дна. Всем известно, что первый этап заканчивается только с полным уничтожением пятидесяти танков противоположной стороны.
А я тем временем после второго бокала пенистого заказал двойное виски, решив форсировать медленно наступающее опьянение. Излишне не церемонясь, схватил, опрокинул вовнутрь и сжевал кусочек лимона. Мой сосед снова одобрительно кивнул и сделал глоток за моё здоровье. Приятная теплота потекла по пищеводу и прекратила свой путь в желудке, образовав там небольшое озеро из раскалённой лавы.
Повеселевшим взглядом я окинул зал. Окружающие стали выглядеть намного симпатичнее, а давешняя официантка смотрелась просто изумительно и внутри меня явно зрело желание подойти и познакомиться с ней поближе. Да что там тянуть! Вот сейчас тяпну такую же порцию и начну воплощать желаемое в реальность. Знаками объяснив бармену свой нехитрый заказ, я обратил внимание, что в зале появились новые действующие лица – приземистый коротышка с пижонской тростью в руках, выряженный в блестящий кожаный костюм с дорогим меховым воротником. Коротышку сопровождали двое чернокожих верзил с видимыми генными модификациями. Уж очень ненатурально смотрелись их бугрящиеся бицепсы, толщиной с моё бедро. Коротышка осмотрелся и остановил взгляд на мне, а затем направился прямиком в мою сторону. Верзилы не отставали, ненавязчиво расчищая дорогу своему боссу, аккуратно работая локтями, а иногда и просто приподымая случайных посетителей, чтобы переставить их в более подходящее место, словно мебель. Соседа, занятого вдумчивым изучением своего пустого бокала, только похлопали по плечу и что-то прошептали на ушко, как его словно ветром сдуло. Занятно. Не обращая внимания на «сгущающиеся тучи», я продолжал безмятежно промачивать горло, не забывая пялиться одним глазом на официантку.
Коротышка присел рядом со мной, взмахнул мясистыми пальцами, унизанными золотыми перстнями, в сторону бармена и, словно по волшебству, перед ним возник запотевший бокал апельсинового сока. Надо же. Любопытство легко можно было прочитать на моей простодушной физиономии.
— Привет, – небрежно бросил коротышка.
— И тебе не хворать.
— Знаешь, кто я?
— Без понятия, – здесь пришлось немного соврать, определённые догадки на этот счёт уже имелись в моей одурманенной алкоголем голове.
— Я – Коротышка Мак.
Наверное, мне следовало при этих словах тут же наложить в штаны по примеру своего соседа, но вместо этого я усмехнулся:
— Трудно не заметить. Думал, ты никогда не признаешься.
Коротышка на несколько секунд оцепенел, сжал губы и весь налился пунцовым цветом, словно свежий помидор, а затем клацнул пальцами. Негры крепко ухватили меня под мышки и понесли к выходу. Окружающие старательно отводили глаза в сторону, словно ничего особенного не происходило. Пока меня тащили, я ухитрился отхлебнуть разок из стакана, который всё ещё сжимал в руке. Один из негров это заметил и вытащил посуду из моих расслабленных пальцев. Интересно, подумал я, вываливаясь наружу с этой необычной компанией, где же доблестные патрули, когда они так необходимы? Вопрос скорее был риторический – наверняка составляют компанию моему небритому соседу.
Меня прислонили к стене и тут же врезали под дых. Сам момент удара я прекрасно заметил, и чуть было не увернулся, но вовремя одумался. Рефлексы, мать их. Дыхание мгновенно перехватило. Били сильно, но непрофессионально. Пришлось им подыгрывать. Согнувшись пополам и жадно хватая лёгкими такой труднодоступный воздух, я закашлялся. Так наверняка будет выглядеть правдоподобнее. Пока я вроде как пытался привести себя в порядок, меня подняли, поставили на ноги и дружески похлопали по спине, помогая прокашляться.
Бросая взгляд на Коротышку, меня не покидала надежда, что испуг в моих глазах смотрится вполне натурально. По всей видимости, моим жалким внешним видом он остался доволен.
— Ты Владимир Тарский, командир экипажа, не так ли?
Я кивнул.
— Не могу сказать, что чрезвычайно рад нашему знакомству, но что поделаешь, специфика моей работы как раз и состоит в том, чтобы находить общий язык с клиентами. Видишь, к тебе мы ключик быстро подобрали. Парень-то ты, как оказалось, невоспитанный. Впрочем, это неважно. Я всегда за честный бизнес, даже если клиент против. Ты как считаешь?
Я просипел нечто одобрительное.
— Думаю, мы договоримся. Надеюсь, ты человек не глупый, понимаешь всю серьёзность ситуации, а дело-то на самом деле пустяковое. У тебя есть танк, у нас есть деньги. Тебе предстоит бой, в котором шансы на победу, мягко скажем не лучшие. Тем более, если ты случайно сломаешь себе руку. Или ногу, что тоже весьма неприятно. И что дальше? Конечно, фейком можно управлять и в таком состоянии, но определённые трудности опытный оператор наверняка будет испытывать. Особенно если перелом усугубится лёгким сотрясением мозга.
Коротышка замолчал, достал сигару, закурил. Вот же пижон.
— Но безвыходных ситуаций не бывает в принципе. Другое дело, что предоставленным выбором некоторые люди, не способные трезво оценивать ситуацию, распоряжаются слегка неразумно. Если существует риск, нужно перестраховаться. Я тебе предлагаю страховку на все случаи жизни. Вот в этом чемоданчике пятьдесят кусков, которые окупят все затраты на участие в поединке, дадут возможность рассчитаться с командой, защитят от неожиданных увечий и так далее. Поверь, больше ты не заработаешь, даже пройдя во второй тур. Да и зачем это тебе – копоть, грязь, боль, раскалённое железо? Ты же бывший военный, неужели не надоело дышать пороховой гарью? Тем более оператор. Сколько у тебя стажа?
— Три года.
— Ну вот. Ещё от силы годик и лицензию у тебя отберут, учитывая всё ухудшающееся состояние здоровья. А я тебе предлагаю реальные деньги за небольшую услугу.
— Какую?
— Слей первый бой, сойди с дистанции. Подставься, сглупи в выборе позиции, в общем – не маленький, что я тебя учить буду? Взамен получишь то, за чем сюда ехал. Я считаю, вполне приличные деньги, особенно по меркам бывшего военного. Ты такую сумму, небось, за пять лет не зарабатывал по контракту.
Коротышка говорил разумно, оперируя кнутом и пряником.
— Я так понимаю, выбора у меня нет?
Мак улыбнулся:
— Именно. Я всегда делаю предложения, от которых невозможно отказаться.
— Тогда я согласен.
Мы ударили по рукам и, спустя некоторое время, я остался на пустынной улице совершенно один. Трезвеющий, одинокий «танкист» с кучей денег на руках.

Миллионы зрителей приникли к экранам своих 3Dвизоров, восхищённо наблюдая, как сотня танков на всех парах мчалась к победе. Дымились подбитые машины. Грохотали пушки, рвались зажигательные снаряды, ломались от напряжения гусеницы и массово умирали фейки. Тысячи камер, порхающих в небе и установленных в разных местах поля боя, давали отличный обзор, снимая танки сверху, сбоку, спереди и даже снизу. Согласно правилам, все операторы выведенного из строя танка, мгновенно отключались от своих искусственных тел. Но иногда аппаратура работала некорректно, и можно было наблюдать свесившиеся из люков танков обгоревшие трупы. Неприятное зрелище, что и говорить. Беднягам пришлось некоторое время испытать на собственной шкуре, что значит гореть в танке.
Прохоровка. Старое название одного из самых важных танковых сражений Второй мировой войны. Тогда возле железнодорожной станции и небольшого села сошлись советские и немецкие танки.
А в данный момент здесь воевал друг против друга сборный интернационал  американских, французских, немецких, советских и даже японских машин. По пятьдесят танков с каждой стороны, слепым жребием набранные с учётом определённых правил. В составе каждой команды число тяжёлых, средних и лёгких танков было одинаковым. То же самое и с самоходными, а также с артиллерийскими противотанковыми установками. Карта местности вместе с составом вражеской команды выводилась на лэптоп внутри танка за минуту до начала боя. А дальше всё зависело от слаженных действий участников команды. Изюминка в том и состояла, что каждый старался тянуть одеяло на себя, внося посильную лепту в хаотическое движение боевых машин. По-хорошему, если взяться за дело с умом, под чутким руководством толкового командира, сражение закончилось бы довольно быстро, к разочарованию зрителей, игроков, букмекеров и самих участников. Здесь ключевую роль играло не желание принести своей команде победу, а странная убеждённость в том, что именно тебе суждено координировать действия всех остальных. Уверен, так думало больше половины танкистов нашей команды, которые врубили общую связь и старались взять бразды правления в свои руки. Естественно, не обходилось без мата, проклятий и личных оскорблений. Гораздо меньшая, но более разумная часть старалась организоваться во взводы по три танка, создавая закрытую линию для переговоров и корректировки своих действий.
Массивная железнодорожная насыпь находилась по правую сторону. С левой стороны чернели горы, вся местность была сплошь изрыта холмами, поэтому приходилось ловко маневрировать, выбирая наиболее проходимые участки. Укрываться от дальнобойных артиллерийских установок противника очень помогали деревья и раскинувшийся посередине карты посёлок. Конечно, я сильно сомневаюсь, что предложенная неизвестными декораторами местность для боя отвечала исторической действительности. Но в данный момент было важно подбить и не подставиться самому, поэтому меня не сильно волновал такой интересный факт, что за насыпью раскинуло свои синие воды море, и лёгкий ветерок приносил иногда приятный запах морской воды, который было отчётливо ощутим, даже несмотря на пороховую гарь, дым и копоть, витающие снаружи и внутри машины.
Сражение было в самом разгаре и на счету моего экипажа уже было три подбитых машины противника – две «лёгких» и один «тяж». В последние несколько минут мы замечательно сработались с двумя моими коллегами – среднего веса немецкой Пантерой и тяжёлым ИС-7.
Наша троица уверенно продвигалась вперёд, дружным огнём из трёх пушек встречая каждого соперника. Правда, в самом посёлке нас изрядно потрепала вражеская группировка из пяти лёгких танков. К счастью, танкисты противника попались не сильно опытные и их несогласованные действия привели к полному разгрому их группировки. Надо заметить, втроём мы бы вряд ли справились, если бы не подоспевшие наши основные силы – такие же разрозненные и неорганизованные, но берущие верх своим численным перевесом. Пантера осталась в посёлке. Во время потасовки ей сбили гусеницу и пробили корпус. На выходе из точной реконструкции населённого пункта нас ожидала засада, поэтому неожиданного наскока не территорию противника не получилось. Наш «тяж» ощутимо тряхнуло — парочка снарядов угодила в лобовую броню. Благо, самое бронированное место выдержало. Чего нельзя сказать об экипаже – всех неслабо оглушило.
И без того жалкая пародия на боевые порядки перемешалась, превратившись невесть во что. Лёгкие танки от прямого попадания снарядов взрывались на полном ходу, срывало башни, летели в сторону гусеницы… Водитель Артур, оглушенный, как и все, был не в состоянии услышать мои команды, поэтому маневрировал по своему усмотрению. Радист Игорь, судя по характерному шевелению губами и перекошенному искусственному лицу фейка, нещадно матерился, кляня на чём свет стоит наших тупорылых коллег, закрывающих нам обзор и некстати загораживающих дорогу, подкрепляя свои слова непрерывной стрельбой из пулемёта. Заряжающий Вадим, словно машина, только успевал подавать снаряды, а я стрелял, стрелял, стрелял…
Что характерно, мои охреневшие барабанные перепонки не различали отдельные выстрелы и понять, что выстрел всё-таки был произведён, помогала отдача и повторяющиеся телодвижения заряжающего. Иногда в непроглядном дыму, застившем всё поле боя, вражеские танки можно было отличить только по силуэтам, сверяясь периодически с ручным лэптопом, где зелёными надписями обозначались марки ещё действующих экипажей. Да и то не факт, что под огонь попадали именно танки противника, учитывая интернациональный состав обеих сторон.
Из горящих машин выскакивали танкисты и, катаясь по земле, старались сбить пламя с одежды. Похоже, общая сеть операторов всё чаще не справлялась с возросшей нагрузкой. Казалось, ещё немного, и концентрированная ненависть вперемешку с азартом, выжжет всё вокруг. Но дым рассеялся и наши поредевшие ряды, прорвав оборону противника, с яростью берсеркеров накинулись на вражеские беззащитные «арты» и «самоходки».
Это было избиение. Оставшиеся в живых машины противника со своей чисто символической броней и плохой манёвренностью практически ничего не могли противопоставить нашим «тяжам» и «полутяжам».
Когда все танки противника приказали долго жить, я всё ещё не мог прийти в себя. Но чувство эйфории от только что одержанной победы взяло верх над оцепенением и мы, выбравшись из машины, принялись безудержно хохотать, комически кривляясь своими искусственными физиономиями, выдавливая жалкие подобия улыбок и похлопывая друг друга по плечу. Генные инженеры никогда сильно не заморачивались над внешним видом своих изделий. Впрочем, мы выжили и это главное. И в данный момент мне было совершенно наплевать на Коротышку и его недвусмысленные намёки на страшную расправу за непослушание.
Эйфория быстро прошла, уступив место внезапно навалившейся усталости. Начал накрапывать дождь, я уселся прямо на землю, облокотившись спиной о грязные колёса нашего танка, который устал не меньше нашего, а, возможно, даже и больше.
Дождь всё усиливался. Не знаю, входило ли управление погодой в развлекательную программу. В наше время всё возможно. На всякий случай я мысленно послал огромное количество «смайликов» организаторам.
Свежие, переливающиеся на солнце капли, весело застучали по металлу, разбрасывая вокруг радостные брызги. Внизу, на потемневшей от разорвавшихся снарядов, взрыхлённой гусеничными траками и сапогами земле уже начали собираться мелкие лужицы. Капли дождя, падая на горячую броню окружающих танков, мгновенно испарялись, отчего все машины были окутаны белым маревом. Нежный пассат приятно обдувал лицо и всё казалось таким ярким, цветным и многообещающим, что думать о следующем этапе и неизбежном разговоре с Коротышкой совершенно не хотелось. Вместо этого крепло желание скинуть душную ватную форму, вылить остатки воды из фляги, отдающие металлическим привкусом, на разгорячённое лицо и бежать вперёд, туда, за линию железнодорожной насыпи… Броситься в объятия шумных волн безымянного моря и плыть, неистово работая руками, пока хватит сил, а затем просто перевернуться на спину и качаться на волнах, ни о чём не думая или думая ни о чём, что, впрочем, одно и то же.

На следующий день был праздник. Весь наш экипаж после благополучного возвращения из тел фейков, хорошенько выспавшись, вымывшись, выбрившись и переодевшись в «стальную» форму, вышел на люди. Щёлкали фотокамеры, назойливые репортёры лезли со всех щелей, словно тараканы и мы, чувствуя себя заправскими кинозвёздами, раздавали ослепительные улыбки направо и налево. Ажиотаж среди СМИ был небывалый. Давненько не было такой грандиозной потасовки в «Горящей сотне», как в этом году. А мы, как ни крути, числились в числе наиболее эффективных экипажей. Целых пять подбитых машин, пропади оно пропадом!
Среди всей этой восторженной толпы иногда мелькали знакомые силуэты двухметровых негров. Надо полагать и Коротышка Мак где-то неподалёку грызёт ногти, насилуя свою единственную извилину, как же к нам подобраться поближе. А фигушки, слишком людно. На то и был расчёт.
Весь день мы мотались по городу, принимая поздравления, раздавая автографы, не отказываясь от выпивки и предлагая угощение наиболее преданным фанатам, которые волочились за нами, не отставая ни на шаг, с самого утра. Дело усугублялось тем, что нам нужно было пить, при этом не пьянеть, стараясь выглядеть всё пьянеющими танкистами, отмечающими своё триумфальное возращение с поля боя. Очень помогали антиалкогольные пилюли, которые мы незаметно принимали. Преданные фанаты под вечер окончательно сдулись, впав в состояние алкогольной прострации. Мы заказали вместительное такси и отправили их всех по домам. А сами сняли номер люкс в фешенебельной гостинице, прочно пустив корни именно там. До следующего этапа ещё было около недели, поэтому можно было гулять напропалую. Мой экипаж развалился в удобных креслах, а я направился к видеофону, чтобы заказать богатый стол прямо в номер.
Вскоре в дверь деликатно постучали. Нажав кнопку на пульте, я впустил долгожданный ужин. До развязки оставалось совсем немного. Пришлось продолжать ломать комедию, выкатывая удивлённые глаза. Моя команда тоже застыла в изумлении. Дверь тихонечко закрылась.
Конечно же «официантом» сегодня подрабатывал Коротышка. Его мясистое лицо выражало нетерпение, губы кривились в нервном оскале. Видимо, он полагал, что именно так и должна выглядеть улыбка. Конечно же, ему сегодня, кроме негров-переростков, помогало ещё пара головорезов самой отвратной наружности.
— Ну, привет, – начал Коротышка. – Смотрю, неплохо вы здесь обустроились. Вино, девочки… Кстати, девочек чего-то я не наблюдаю. Тьху ты! Вот же недотёпа, – Коротышка хлопнул себя рукой по лбу. – Вот же они! – Коротышка указал пальцем на нас. – Целых четыре штуки. Как вам девочки, парни?
Негры гнусно осклабились, головорезы нагло ухмыльнулись, а мы сильно испугались. Я грохнулся на колени, воздев руки в молитвенном жесте:
— Стойте! Прошу, скажи, на кого ты работаешь?
Мак оценил моё уничижительное телодвижение.
— Удивлён? Думаешь, как это мы проникли в хорошо охраняемую гостиницу? Дурак ты, Вова. Здесь всё принадлежит братьям Хилл. Весь этот грёбаный мир развлечений. Но, перейдём к делу…
— Я не Вова.
— Что?
Зашипели парализаторы, выплюнув сгустки энергетических разрядов. После сигнала к действию, моя команда начала работать. Три тела, поражённые энергетическими зарядами, рухнули как подкошенные. На ногах остались только Коротышка и один из головорезов. Правда, простояли они недолго. Ровно пару секунд. Парни работали быстро и профессионально, вырубив неповоротливо секьюрити и согнув самонадеянного Мака в три погибели.
Я неторопливо поднялся с колен, отряхнул брюки, поправил форму. Подошёл к горе-гангстеру.
— Хочу видеть его глаза.
Голову Коротышки немедленно запрокинули. Я позвенел новенькими наручниками у него перед носом и насмешливым голосом произнёс:
— Я тоже за честный бизнес. Как тебе такое предложение?
— Так ты чёртов фараон…
— Не совсем. На самом деле — Специальный Корпус. Майор Роман Веркуча. Как тебе наверняка известно, мы занимаемся особо запущенными случаями и появляемся там, где простые органы правопорядка бессильны.
Всё нахальство с него как рукой сдуло.
— Но в данный момент я чёртов фараон, поэтому хочу воспользоваться своим служебным положением в личных целях.
Мой кулак смачно впечатался в переносицу Мака. Противно хрустнуло, Коротышка не менее противно хрюкнул, а затем жалобно заскулил.
— Увести эту падаль, – скомандовал я и, ни к кому конкретно не обращаясь, добавил. – А вот теперь можно и выпить.

Всё началось с непонятных исчезновений танкистов. Живёт себе оператор фейка, воюет, любит, радует зрителей и самого себя хорошо проведёнными поединками и вдруг исчезает. Друзья, родные, близкие, сбившись с ног от бесплодных поисков, обращаются в полицию. Полиция роет носом землю, опрашивает свидетелей, подшивает всё новые факты к делу о пропаже и вдруг приходит приказ сверху прекратить расследование. Немного странно. И ладно бы только одно дело спустили на тормозах, так нет же – целых четыре. А это уже попахивает коррупцией.
Такой факт не может быть оставлен без внимания нашей организацией. Начинается расследование, вдумчивое изучение фактов и поиск мотивов. Кому это выгодно, проще говоря. Подозреваемые обнаружились довольно быстро. Братья Хилл, крупные промышленные магнаты планеты Парадиз, главные её инвесторы и, по совместительству, организаторы «Горящей сотни», а также владельцы одноимённой букмекерской конторы. Но – где связь между такими влиятельными людьми и безвестными танкистами, в подавляющей своей массе военными в отставке? Деньги. Огромные деньги крутились в этой букмекерской конторе, примерно в три раза превышающие доход промышленного комплекса планеты. Это была зацепка. Наши аналитики разработали план, который был должен проверить данную версию и найти подтверждение или опровержение наших догадок. Или на крайний случай – обнаружить новые, неизвестные следствию факты.
Именно таким ветром меня и занесло на эту планету. Работа под прикрытием требует полного соответствия нужному образу, безукоризненной биографии и профессиональных действий. Я с командой полевых агентов Корпуса со своей задачей справился, а мощная машина нашей организации справилась со всем остальным. Ловко подтасованы результаты жеребьёвки — и мы уже в лидерах соревнования. Вброшены в общий котёл тотализатора крупные суммы из разных источников именно на наш танк – и мы уже лакомый кусочек пирога. Очень вкусный, дорогой и такой беззащитный. Птичка поверила и клюнула. Такая заманчивая перспектива – вывести из игры необходимый экипаж, тем самым сделав невыигрышными все существующие на него ставки. Ставили-то на проход во второй тур.
Через вторые руки были наняты костоломы, призванные решить эту проблему уговорами или грубой силой. Не теряя времени, они выходят со мной на контакт, предлагают хорошие деньги, конечно, не чета той сумме, которую в итоге поимеет контора, но всё же… На всякий случай костоломы намекают на физическую расправу, чувствуя себя ловкими, матёрыми охотниками. Только на этот раз охотники просчитались и с самого начала играли роль жертвы.
А дальше – дело техники. Нам нужен был информированный источник, который бы рассказал следствию много интересных вещей и позволил взять за жабры этих заигравшихся в свои кровавые игры букмекеров. Коротышка пришёлся как нельзя кстати. Наверняка сейчас разливается соловьём в руках наших специалистов. Один укол – и твои мысли как на ладони. Очень удобно, быстро и безболезненно. Стоит потянуть за ниточку и вот уже клубок в наших руках. Но это вне моей юрисдикции. Не мой профиль. К тому же начальство пообещало отпуск.
Или – плюнуть на всё и выступить во втором туре?
Сложный выбор, что и говорить.

Эдуард Стиганцов

Метки: , , . Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.