Мальчик и волк

1

«Всё на свете разумно, по-своему. Даже эти острые камни под боком: они живут очень долго, поэтому их мысли текут медленно. Так медленно, что камни кажутся нам мертвыми».
Детский смех и визг прервали размышления Брока. На бетонной площадке, оставшейся от старых времён, мальчишки устроили весёлую возню. То затевали схватки, догонялки, то играли в засаду – застывали на месте и ждали, кто первым не выдержит и шевельнётся.

— Эй,Брок! Брок! Ты спишь или помер уже? – один из малышей подошёл поближе к старику, — Если не спишь, расскажи нам историю?
Брок зевнул:
— Историю? Я слишком голоден, сил нет рассказывать. Сам понимаешь – не берут стариков на охоту, а добычей делиться – себя на голод обрекать.
— Голодный? А это мы сейчас, это мы мигом исправим! Там, у распадины, зверя разорвало, принесем быстро!
«Тишина. Убежали, сорванцы. Молодые, глупые. Жаль, я уже не такой. Шорох камней, шум детский всё ближе – уже бегут обратно».

— На вот! Ешь! А потом расскажешь нам исто..
— Что это вы принесли?
— Так вот же, говорил тебе! Зверя разорвало.
— У каждого зверя есть название.
— А какое?
— Это Неудачник, — захрустел фалангами зверя Брок, — Не люблю их мяса. Да выбирать не приходится.
— Ха-ха-ха! Неудачник! Да какая разница как его звать? Важно, что съедобный!
— Прав ты, малой. Хорошим будешь охотником. Если думать кого как зовут, можно и без добычи остаться. Вот когда будете со Старшими на охоту ходить, всё узнаете, поймете. А пока, молокососы, садитесь рядом, расскажу вам историю, пока мать ваша не вернулась, не надовала вам по бошкам за то, что одни на распадину бегаете. Слушайте.

Когда-то давно эта земля была совсем другой. Здесь селилось много Неудачников. Они строили что-то, где-то рыли землю, где-то прятали её под серый камень. Только вот жадные эти звери, самые жадные и хитрые из всех. Было им мало того, что вокруг, и решили Неудачники изменить землю, чтобы выпить её кровь до последней капли. Только всё пошло не так. Земля разозлилась и стряхнула Неудачников со своей шкуры, стала охотиться на них, создавать новых зверей для своей защиты, расставлять хитрые ловушки и заманивать в них Неудачников разными удивительными для них вещами.

Брок замолчал, настороженно поднял голову повыше – за болотом зашелестело, загрохотало.
— Рви их!!! Нападай! Убей! – хор голосов понесся рычащим валом.
— Это же Старшие! Гонят зверя! Ура! Свежее мясо! – дети тут же забыли об историях Брока, замельтешили, закружили вокруг него.
Череда выстрелов заглушила на миг все остальные звуки. Брок сгреб детей в охапку, быстро скользнул на дно ямы.
-Всем молчать. Слушайте!
Шум охоты то накатывал, то отдалялся. Раскатистые удары выстрелов, отражаясь от стен ямы, превратились в пульсирующий гул.

Но постепенно охота отдалялась дальше, крики и стрельба застревали среди ветвей низких деревьев рваным эхом. Брок хотел уже выбираться из ямы, но уловил скрип пыли и камней.
— Он идет на двух ногах, — зашептал один из мальчишек, — шаги неровные, ранен.
— А я слышу его сердце, — завозился другой, — неправильно стучит, скоро совсем остановится.
Что-то звякнуло, зверь шумно осел на землю. Брок подтянулся, вылез из ямы, вытянул детей наверх.
— Эй, Хорк, подойди поближе, — Брок подтолкнул одного из мальчишек, — Добей его.
Хорк, прижимаясь к земле, двинулся вперед. От умирающего Неудачника пахло дымом, железом и смертью, сердце еле-еле звучало, хриплое дыхание частыми рывками дергало ребра. Хорк вцепился зубами в загривок зверя, пытаясь откусить голову.
— Да не так же, дурень! Там кости! Только Старшие могут там откусить! Подойди с другой стороны, рви шею под челюстью.
Хорк переместился, напружинился, вцепился зубами в горло и рванул со всей силы.
Горячая кровь потекла по подбородку.
Андрюшка вскинулся в кровати:

— Маа-мааа! Маа-маа! Папа умер!
Алёна только-только встала, хотела заварить чай, но громкий крик из детской выбил из её рук чайник. Алёна бросилась в комнату.
Сын лежал на полу, лицо в крови, глаза закатились.

— Поймите, я обязан забрать ребенка в стационар! Который это приступ за неделю?
— Ш… Ш… Ш… — Алёну трясло, язык не слушался, в отчаянии она подняла руки и показала врачу шесть пальцев, краем глаза наблюдая в окно, как исчезают в кузове скорой носилки.

2

Тоскливо глянув на внушительную стопку документов, Борис Евгеньевич принялся за работу. Битком набитое делами и проблемами пациентов, ночное дежурство пролетало быстро.
— Так-так, ну что тут у нас на сегодня? – наугад врач вытянул из вороха бумаг историю болезни, — Андрей Алексеевич Симаков. Почитаем.
Борис Евгеньевич поправил лампу, поудобней устроился в кресле и погрузился в чтение.
В возрасте 6 лет тяжёлая черепно-мозговая травма в ДТП, потом вереница больниц и клиник, операция, дорогая операция, очень дорогая операция, выписан домой, через месяц опять стационар.
Чем больше Борис Евгеньевич вникал в историю пациента, тем сильнее хмурился, потом рывком поднялся и решительно нырнул в лабиринт больничных коридоров.

— Что, Борис Евгеньевич, не спится на рабочем месте? – услышав шаги, дежурная сестра выглянула из ординаторской.
— Да какой уж сон, родная, — врач остановился и чмокнул ручку смутившейся сестры, — Ты бы, Наташенька, кофейком что ли угостила?
— Так с удовольствием! Мне и конфет коробочку к кофейку подарили. Такие вкусные!
— Ну, так загляну позже, на обратном пути, — и Борис Евгеньевич тихо вошёл в одну из палат.

Привыкнув к ночному полумраку, он шагнул к койке. Мальчик спал неспокойно, дышал неровно, то и дело вертелся на кровати.

Андрюшка открыл глаза. Он стоял посреди разбитого, давно брошенного поселка. Ветер раскачивал обрывки проводов на нескольких уцелевших столбах. Железная крошка потоком воздуха то поднималась в танце, то бросалась на обломки старых обросших стен. В вывернутых кусках асфальта угадывалась когда-то широкая ровная дорога.
Андрей неуверенно шагнул вперед, окинул взглядом унылое запустение, оттолкнулся и взлетел. Поднявшись метров на двести, мальчик огляделся.
За брошенным селением, кусками рваного тряпья, в беспорядке сменяли друг друга лужи, опушки, перелески, овраги. Справа от посёлка растянулось далеко буро-черное болото, за ним громоздилась серо-бетонная махина ЧАЭС. Андрюшка сразу узнал её, потому что видел на отцовских документах и картах.
С другой стороны, охватывая село полукругом, тянулся каменистый овраг. Там, среди валунов, мальчик чувствовал Хорка. Тот с наслаждением обгрызал мясо с большой кабаньей туши. Сегодня Хорк первый раз охотился со Старшими. Гордость и важность распирали его на части – из всей детской шайки на охоту взяли только его!
Андрей решил подлететь поближе, но тут кто-то резко дёрнул его вниз. Мальчик камнем устремился к земле и рухнул на ржавую крышу старого дома. Страшного вида длинные проволочные нити потянулись к ребенку со всех сторон. Одна из них хищным броском воткнулась в плечо. Андрей закричал от боли.

— Ну, ну, спокойней, молодой человек. Это только витамины и только для твоей пользы, — врач закончил инъекцию и бросил шприц в мусорный контейнер, — Вот и всё. А ты шумел.
— Больно же, — Андрей скользнул взглядом по ровно выкрашенным стенам больничной палаты.
— Сейчас обед будет. Ты в столовую пойдешь или сказать няне, чтоб сюда принесла?
— Пойду, конечно. Тут совсем скучно.
Андрюшка нашарил босыми пятками больничные шлёпки, прихватил из тумбочки ложку с кружкой и отправился в столовую.
Шаркая по коридору, он думал о растресканном асфальте и живой стальной проволоке.

Запах хвои перебивал тяжёлый дух гнили, который растаскивал с болота ветер. Хорк всё никак не мог устроиться на ночлег. Ему нельзя было засыпать, надо следить за окраиной, его очередь беречь логово. Значит надо найти самое неудобное неуютное место, чтобы острые камни втыкались под ребра, гнали прочь дремоту. Вчера Неудачники ненароком подняли с лёжки кабанов. Хорошо, что Трок не спал, успел поднять семью и убраться с пути стада. А что может случиться сегодня? Наконец Хорк наткнулся на ложбину, сплошь утыканную буераком. Кое-как примостившись на сырых колючих ветках, Хорк замер, слушая ночной лес.

3

С каждым разом Андрей всё уверенней чувствовал себя на просторах Зоны. Страха не было. Мальчишеский задор и авантюризм, стиснутые на протяжении четырех лет унынием больничных стен, наконец нашли выход.  С азартом Андрюшка принялся исследовать огромную территорию Зоны Отчуждения: находил людские стоянки и схроны, подслушивал разговоры сталкеров, наблюдал за удивительным местным зверьем, всё время узнавая что-то новое.
Аномалий мальчик не боялся, они не причиняли ему вреда. Яркие светляки артефактов напоминали Андрею огоньки медицинских индикаторов, поэтому он старался не смотреть в их сторону.. Однажды на его глазах в «карусель» угодил сталкер, и после этого юный исследователь дня два не вставал с больничной койки, переживая увиденное. Но куда бы не заносило мальчишку любопытство, Андрей всегда ощущал тонкую нить, потянув за которую в любой момент можно было вернуться в больницу. И всегда знал, где Хорк, чем он занят, но всё сдерживал себя, не приближался близко. Мальчик догадывался, что Хорк не человек, поэтому решил отложить встречу на как можно дальнее будущее.

Поднявшись над селом, Андрей понял – что-то не так.

Воздух загустел, электрические разряды дробили его на фрагменты фантастической мозаики. Небо, обычно пасмурное и блёклое, будто прижалось к земле, красными бликами отражаясь в болотных лужах. Над ЧАЭС густыми багровыми мазками закручивались лучи внезапного солнца.
Неведомая сила ударила в спину, и Андрея потащило через пустошь к самому реактору. Внизу всполошилось зверьё. Единой серой массой твари тянулись к атомной станции, пропадая в ловушках и топях.
Мальчик попытался бороться с незримой силой, но яркие вспышки гипнотизировали, лишали воли. Они были так красивы! Там, под красным светом сплетались в спирали разноцветные радуги, взрывались каскадами фейерверки молний. Андрей не мог отвести глаза, не мог испугаться и отвернуться от удивительного зрелища, подлетая всё ближе и ближе…
Отчаянный крик какого-то зверя на долю секунды привел ребенка в чувство, из последних сил Андрей дернул нить. Свет погас.

Борис Евгеньевич вошёл в палату.
Андрей сидел на кровати и то подносил ладони к самым глазам, то отодвигал как можно дальше.
— Что это за игру ты себе придумал?
— Да вот странное что-то с глазами. Близко – вижу, а вот вас, доктор, уже нет.
— И давно это у тебя?
— Вчера еще началось. Я думал — пройдет, а стало еще хуже.
Борис Евгеньевич выскочил в коридор:
— Эй, на дежурке! Каталку! Симакова на обследование срочно. И в интенсивную позвоните, пусть готовят оборудование.

4

Андрей наугад тыкал ложкой в тарелку с супом. Иногда ему везло, и в ложку попадал кусок мяса или картошки, но чаще ложка пролетала мимо еды. Результаты обследований были никудышными. Он понял это по интонации врачей. «Какой же я дурак! Я ведь знал про Выброс! Знал и так попался! Думал, раз аномалии на меня не реагируют, значит мне всё можно!» Мальчик ругал себя самыми плохими словами, какими мог придумать, но легче от этого не становилось. Только в Зоне слепота отступала, будто с глазами ничего и не случилось. Андрей решил: во что бы то ни стало найти способ остаться там навсегда.

Хорк подтолкнул кусок свежего мяса.
— Эй. Брок! Очнись! Я перекусить тебе принёс.
Брок поднял голову, подтянул к себе еду.
— Совсем я ослаб, Хорк. Помру скоро. А кого это ты привел?
Хорк резко обернулся, ощетинился. В паре прыжков от него стоял Неудачник. Только странный: маленький. В белёсом тряпье. Псевдопёс приготовился к броску.
— Спокойней, Хорк. Спокойней! Это не враг.
Хорк обернулся к старику:
— Ха, как же! Ты видел много дружелюбных Неудачников?
— Это всего лишь ребенок. Конечно, сложно представить, что у Неудачников бывают дети, но это так!
— А я между прочим всё слышу,- Андрей сделал неуверенный шаг в сторону псевдопсов, — Ты – Брок, а ты, — мальчик чуть повернулся, — Ты – Хорк.
— О-о-о, он еще и говорящий! – ребра Борка задергались от смеха, — Я уже видел тебя. Ты давно здесь бродишь. Не бойся. Иди к нам.
— Прости, Брок, не сегодня, — Андрей качнулся и поднялся высоко вверх.

5

Текло отовсюду. Дождь лил без остановки не первый день. Хорк прятался от дождя под корнем поваленного дерева. Хоть сверху и не текла вода – брюхо и лапы вконец отсырели.
— Вечером на охоту пойдем. Хочешь со мной?
Андрей сидел рядом, наблюдал, как капли воды блуждают по шкуре псевдопса.
— Нет, не пойду. Прошлого раза вполне достаточно.
Хорк задумчиво поводил ушами.
— Брок умер. Знаешь?
Андрей молчал. Ему почему–то было жаль старика.
— А я вот немного скучаю. Привык к его болтовне, — Хорк поднялся из лужи и закружил, припадая к земле, вокруг мальчика, — Ну а если ты не хочешь быть охотником, значит, ты будешь чьей-то добычей.
— Не до игр, Хорк. Мне нужно найти кое-что, здесь, в посёлке.
— Ну, если это недолго, помогу.
Андрей на минуту задумался.
— Однажды ты убил Неудачника, вернее добил.
— А, да! Было дело, я совсем мелкий был, не то, что сейчас! — Хорк вытянулся во весь рост, задрал голову.
Его морда выражала такую неимоверную гордость, что Андрей невольно улыбнулся.
— Мне очень нужно найти место, где это случилось.
— Зачем?
— Я думаю, тот сталкер был моим отцом. Наверное, из-за этого я здесь.
— Пойдем. Это недалеко.

6

Хорк бежал впереди. Время от времени он застывал, вынюхивая ловушки, и резко менял направление. Наконец остановился:
— Вот. Где-то здесь.
На небольшой прогалине между домами, среди перепутанных прядей прошлогодней травы, виднелись клочья сталкерской амуниции. Стоило Андрею сделать шаг, как связующая с больницей нить вдруг натянулась, окрепла и стала походить на цепь. Такое уже случилось однажды, когда Андрей пытался проникнуть внутрь ЧАЭС.
— Меня не пускают.
— Ну, попробуй еще раз,- Хорк хотел добавить еще что-то, но за селом зашумела семья, — Прости, мне на охоту пора. Еще увидимся.
Псевдопёс бесшумно растворился среди деревенских руин.
Больше часа Андрей тщетно пытался приблизиться к останкам отца. Заходил справа, слева, поднимался вверх. Но чертова цепь каждый раз отдёргивала его назад. Устав от бесполезной борьбы, мальчик вернулся в больницу.

7

Надоела музыка, надоели однообразные выпуски новостей. Андрей со всей силы швырнул радиоприёмник об стену. Третий день он пытался порвать замкнутый круг, оберегающий отцовские останки. Но ничего не получалось. Пациенту начали колоть новые лекарства. Завтра операция. Времени в обрез. Хотелось выть как Хорк. Хорк! Вот кто поможет!

С высоты посёлок выглядел бессмысленным набором линий. Андрей опустился ниже. Он искал крышу, на которую свалился в одно из первых своих путешествий.

На деле нужный дом оказался ржавым покореженным гаражом. Листы железа держались на стропилах еле-еле, тяжело вздыхая при каждом порыве ветра. Проволочные космы то взлетали, то опадали в одном ритме с изношенной крышей.
Хорк сосредоточился и с силой ударил лапами по прогнившей стойке. Гараж качнулся и с грохотом завалился набок, устроив бурю из ржавчины.
Когда пыль осела, Андрей внимательно осмотрел руины.
— Хорк, с краю лист железный, видишь? Попробуй потянуть его, только осторожно – там проволока кусачая.
Хорк обнюхал край листа, ухватил его зубами и потянул. Проволочные нити начали с треском лопаться и скручиваться в жесткие спирали. Наконец пёс вытащил кусок железа на ровное место. Небольшой моток проволоки уцелел и волочился следом.
— Этого должно хватить, — уверенно заявил Андрей, — Сможешь дотащить до поляны?
— Попробую, -Хорк тряхнул головой и , неловко пятясь, поволок громыхающую железку через село.
Когда псевдопес и мальчик добрались до места, начало смеркаться.
— Мне пора, меня ждут, — отдышавшись, сказал Хорк.
— Спасибо тебе, дальше я сам.
— Ну, удачи тебе, маленький неудачник, — Хорк вскинул голову, пропел что-то ободряющее и ушёл.

Андрей еще раз осмотрел поляну, прыгнул вверх, вправо, влево и подошел к листу железа. Тут же проволочные нити встрепенулись, зашевелились, выискивая добычу.
Мальчик изо всех сил оттолкнулся и по дуге ринулся к центру поляны. Цепь натянулась, но Андрей не сдавался. Когда цепь оказалась над железным листом, он бросился вниз. Проволочные плети схватили цепь, раздался звон, и мальчик с разгона врезался в землю. Из-под бурьяна показался край контейнера для артефактов. От удара крышка с него отлетела, и гладкий металлический шарик выкатился в траву. Страшная боль взорвала голову изнутри, и мальчик потерял сознание.

8

Через некоторое время Андрей пришел в себя, вскочил. Но его замутило, мальчик рухнул на четвереньки. Помотал головой и замер, потрясенный увиденным.
Мир вокруг изменился. Цвета и краски отсутствовали, но запахи и звуки делали окружающее немыслимо объемным, ясным, наполненным новым смыслом.
Рядом на траве сидел сталкер и перекидывал металлический шарик с ладони на ладонь, как циркач.
— Ну, здравствуй, Андрюха! Как сам?
Андрей лишь растерянно кивнул головой. До боли знакомый голос…
— Папа? — мальчик потянулся к человеку, но рука прошла сквозь тело сталкера не встретив препятствий.
— Знаешь, что это? – отец еще раз подкинул шарик, — Артефакт это, очень ценный. Услышал я байку о том, что некий предмет исполняет любое желание нашедшего. Всего одно, представляешь? Поверил, пошёл искать и нашёл. — он со всей силы размахнулся и зашвырнул отработавший артефакт далеко в лес.
— И что?- в горле пересохло и слова давались Андрею с большим трудом, — Сбылось желание?
— У меня только одно желание было – чтоб ты был здоров и свободен. А оно, видишь, как обернулось. — отец грустно рассмеялся, — Любит Зона над неудачниками шутить, ты не верь ей. Сам решай — сбылось желание или нет, а мне пора.
Отец легко поднялся, накинул на плечо рюкзак, подхватил контейнер и быстро, не оборачиваясь, ушел.

Андрей растеряно смотрел вслед и не мог сдвинуться с места, хотя серебряной цепи больше не было.

9

В горле саднило. Страшно хотелось пить. Под разбитым фундаментом блестела глубокая лужа. Путаясь в лапах, неуклюже заваливаясь в разные стороны, Андрей добрел до воды.
— Ну что ты так долго? Решил всю лужу выпить? — Хорк нетерпеливо прыгал с места на место, — Ведь без нас уйдут!
Семья собиралась на большую охоту. То и дело слышались окрики, родичи затеяли перекличку.
Андрей напился воды, задрал морду вверх и ответил. Его протяжный крик подхватил Хорк, и псевдопсы растаяли в перелеске.

Ли Гадость

Метки: . Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.